Есть болезни, причины которых еще не установлены. В их развитии придается значение каким-нибудь внутренним процессам, возникающим в самом организме больного, и они получили название эндогенных. К подобным заболеваниям относится и эпилепсия. Одни исследователи считают ее эндогенной, другие, на основании того, что путем различных интоксикации можно вызывать эпилептические припадки, полагают, что при наличии предрасположения эпилепсия может быть вызвана и различными внешними причинами. Ею болеют и взрослые, и дети. Вот, так сказать, клиническая картина.

Главным, или кардинальным, признаком эпилепсии является большой судорожный припадок. Припадку предшествует кратковременное состояние, называемое аурой, как бы сигнал о его начале. Выражается аура различно: то больной чувствует как бы дуновение ветерка (отсюда и название «аура»), то ощущает какой-либо запах, то видит искры, то слышит гром и т. п. Сам припадок начинается с нечленораздельного крика, вызванного судорожным спазмом голосовой щели. Больной теряет сознание и падает, судороги захватывают всю мускулатуру, тело напрягается, затем начинает судорожно биться. Лицо синеет, дыхание сначала задерживается, потом становится шумным, слюна не проглатывается, на губах появляется пена. Нередко во время судорог человек может прикусить язык, губы, щеку. Но вот он начинает спокойно дышать, лицо розовеет — припадок чаще всего заканчивается сном. Если больной встает сразу после припадка, то сознание у него не совсем ясное, взгляд блуждает, и он не сразу узнает окружающих, не сразу ориентируется в обстановке. Речь его в это время очень бедна: говорит мало, обходится несколькими словами. Если больной засыпает, то по пробуждении он ничего не помнит и догадывается о том, что был припадок, либо по чувству разбитости, либо по прикусам во рту.

Частота больших судорожных припадков различна. Иногда они бывают ежедневно или несколько раз в день, иногда раз в неделю, раз в месяц и даже раз в год. Естественно, это ограничивает работоспособность человека — ему нельзя находиться на высоте, у огня, у воды, у движущихся механизмов, на транспорте. Если случится припадок в этих условиях, больной может погибнуть или получить серьезные повреждения,

Кроме больших эпилептических припадков, есть и так называемые малые, при которых не падают, общих судорог не бывает, но имеются скоро проходящие расстройства сознания, когда больной бледнеет или краснеет, покрывается потом, иногда судорожно совершает какие-либо автоматические движения, например жевание, поворот головы и др.

При эпилепсии могут быть и другие симптомы как следствие изменения сознания. Так, человек только на мгновение выключается из беседы, в которой он участвовал и которую потом может продолжать, у него наступила мимолетная потеря сознания. Она обозначается французским словом «абсанс» — отсутствие. Следует сказать, что почти все симптомы эпилепсии описаны французскими учеными и, естественно, получили французские названия, которые сейчас закрепились и стали уже международными. К симптомам, связанным с изменениями сознания, относятся и такие, как «жамэ вю» и «дежа вю», что в переводе на русский язык означает «никогда не видел» и «уже видел». В первом случае, попадая в хорошо знакомое место, например во двор собственного дома, больной не узнает его и полагает, что этого места «никогда не видел». Во втором — наоборот: в совершенно незнакомом месте ему кажется, что он тут когда-то уже был и то, что он переживает сейчас, уже с ним происходило. Точно так же больной из-за нарушения сознания может не заметить, как проезжает свою остановку, или может, находясь в так называемом сумеречном состоянии, автоматически попасть в отдаленные места, даже в другой город. В сумеречном состоянии больной не может осмыслить всю ситуацию в целом, но воспринимает детали ее, с которыми непосредственно сталкивается, и как бы автоматически реагирует на них; что делают окружающие, то повторяет и он,

Для объяснения сути сумеречного состояния сознания обычно приводят в пример человека, который идет по узкому длинному коридору и ничего не может видеть по сторонам, имея прямо перед собой узкое поле зрения между ограничивающими коридор стенами. Может быть, можно яснее описать сумеречное состояние сознания, исходя из его названия. Представьте себе сумерки в лесу, когда вы видите отчетливо только то дерево, с которым сталкиваетесь непосредственно, а отдаленных деревьев леса — уже не различаете. Получается как по пословице: «Из-за деревьев леса не видит».

У больных эпилепсией отмечаются, и хождения во сне—они могут ночью встать, сделать что-нибудь и потом уснуть даже не на своем месте. Утром об этом никакого воспоминания не сохраняется. Если же человека разбудить во время хождения, то он плохо ориентируется, хотя обычно как бы просыпается и подчиняется предложению лечь в постель. Особенно часто это бывает в детском и подростковом возрасте. Некоторые родители кладут перед кроватью на ночь мокрую тряпку или ставят таз с водой, чтобы ребенок, спуская ноги с кровати, «проснулся» — вышел из своего состояния.

О периодах расстроенного сознания больные обычно не вспоминают, если эти периоды не заполнены какими-либо галлюцинаторными переживаниями. Эпилептические галлюцинации нередко окрашены в яркие цвета- зеленый и особенно красный, часто видится огонь, кровь. То же можно сказать и о сновидениях.

В состояниях расстроенного сознания, наступающих внезапно и называемых эквивалентами, больные могут быть опасны для окружающих. Сознание у них нарушено, они находятся во власти чаще всего устрашающих галлюцинаций и, защищая себя, нападают на других, могут причинить окружающим большой ущерб, даже изувечить или убить.

Нельзя забыть одного больного, страдавшего тяжелыми эпилептическими эквивалентами (состояниями, как раньше думали, как бы заменяющими припадки) и обладавшего исключительным по красоте и силе драматическим тенором. При наступлении периода припадков его обязательно стационировали в больницу, так как он бывал опасен. Его сразу же помещали в отдельную палату. Сначала он вел себя спокойно, как обычно, потом неожиданно краснел и уже в измененном сознании (ничего об этом не помня) начинал петь. Хотя «приступы» пения случались, как правило, ночью, никто не жаловался — все были очарованы его голосом и с удовольствием слушали «Смейся, паяц» или «Нас венчали не в церкви»—две наиболее часто исполняемые им вещи. Через какой-то промежуток времени пение заменялось воплями, больной начинал метаться по палате, как будто с кем-то боролся и все крушил вокруг. Однажды он выбил окно и пытался убежать. Потом он ничего вразумительного не мог рассказать о своих переживаниях, кроме того, что «было страшно», «пожар», «кровь».

Родственники некоторых больных эпилепсией рассказывают, что последние страдают лунатизмом. Эти состояния близки к тем, которые наблюдаются при хождениях во сне. Говорят, что при лунатизме больные будто взбираются на крыши, ходят по карнизам, над пропастью и пр. Утверждают, что они обнаруживают поразительную ловкость, что если их «разбудить», то они могут сорваться, упасть.

Кроме судорожных проявлений и симптомов изменения сознания, эпилепсии свойственны и расстройства настроения, наступающие внезапно и так же внезапно прекращающиеся. У человека появляется тоскливо-злобное состояние, особенно заметна раздражительность и др. Но может наступить и совершенно немотивированно «озарение», чувство невыразимого блаженства и счастья. Многие больные считают эти состояния «ниспосланной им божьей благодатью». Следует подчеркнуть особую склонность их к религиозным верованиям. Они усердно и добросовестно посещают храмы, бьют поклоны до синяков, но, выходя из церкви, не упустят случая «припомнить» обидчику, хотя за минуту до этого могли говорить о христианском всепрощении. Лицемерие эпилептиков,их ханжество отражают поговорки: «На языке медок, а на сердце ледок», «Камень за пазухой» и другие.

При длительном течении заболевания, при частых припадках становятся заметными изменения характера и снижение психических способностей больного, прежде всего памяти. В характере больных проявляются черты, которые считаются типичными для данного заболевания. Это, прежде всего обстоятельность, аккуратность, доходящая до педантичности, пунктуальность. Человек нигде не выносит беспорядка, всегда держит данное слово, отдает все долги, даже копейки. Не прощает другому расхлябанности, беспорядочности и других недостатков. Речь его очень своеобразна, часто насыщена ласкательными именами, уменьшительными названиями, иногда бывает слащава и елейна. В то же самое время он очень обидчив и не склонен прощать обиды, при случае о них обязательно напомнит и бывает, удовлетворен, если может отплатить обидчику сторицей.

У больных очень часто хороший почерк— вспомните князя Мышкина из «Идиота» Достоевского. Вообще Достоевский дал в своих произведениях очень достоверные портреты различных людей, пораженных эпилепсией,

Они у него разные: князь Мышкин мало похож на Смердякова из «Братьев Карамазовых», но оба они имеют типичные так называемые эпилептоидные черты характера. Конечно, не у каждого больного обязательно все они выражены. Черты эпилептического характера могут быть как положительными, так и отрицательными и в жизни комбинируются разнообразно. У некоторых на первый план выступают нарушения памяти и неспособность выделить главное из второстепенного — такие люди, опасаясь, что они забудут рассказать врачу подробности о своем состоянии, все записывают и зачитывают по списку, не выделяя главного и необходимого. Если они начинают говорить о чем-нибудь, то никак не могут кончить разговора и переключиться на другое. При попытке собеседника отвлечь их могут ответить на его вопрос и снова вернуться к прежней теме. Речь пересыпана словами: «миленький мой», «хорошенький», «ручки ломит», «головка болит» и пр. Одна из слабоумных больных, страдавшая заболеванием с детства, рассказывая о себе, говорила: «Живу я у родненькой мамочки, на Первенькой Мещаночке 1, в хорошенькой комнатке. Всего хорошенького у меня много. Приданое красивенькое, богатенькое, только женишочка маменька не приспособит никак. Старается бедненькая, а они не хотят все говорят, припадочки у нее».

Нередко больные бывают, эгоистичны и эгоцентричны. Они ставят себя и свою болезнь в центр всего, что их окружает. Они как бы ось, на которой все должно вращаться. Если им в этом кто-нибудь мешает, они могут быть очень злобны, придирчивы и даже агрессивны. Все их поведение, в их представлении, выглядит как 1 Проспект Мира в Москве, причем справедливо только то, что их устраивает. Они могут проявлять много терпения и настойчивости, домогаясь подобной «справедливости», будучи искренне уверены, что они поступают «правильно, честно».

Молодой человек жил в общежитии в отдельной комнате и очень любил покой, который часто нарушали дети соседей, может быть, действительно излишне раздражая его и часто делая это со специальной целью. Дети подходили к его комнате, стучали в дверь, а потом или убегали, или, если он не выходил на стук, начинали визжать, пищать, мяукать. Это сильно раздражало, выводило из себя. Он обиды детей помнил, мечтал отомстить и выжидал удобного случая. Особенно досаждал ему один паренек. Увидев шалуна возле своей комнаты, он притаился за дверью. Как только мальчик постучал, больной мгновенно открыл дверь и, схватив «обидчика» за горло, втащил его в свою комнату. Никто из соседей этого не заметил. Поздно ночью, когда все улеглись спать, он завернул задушенного мальчика в новое, не употреблявшееся еще им одеяло и в метель, пургу отнес за два километра в лес. Ребенка нашли на третий день и сразу же все узнали: в новое одеяло случайно попала и тетрадь с фамилией убийцы, который учился в вечерней школе. Во время следствия больной сознался и рассказал обо всем подробно. Он утверждал, что не имел намерения душить ребенка, просто хотел его побить и «держал» за горло, чтобы тот не кричал и не привлекал внимания соседей. «Когда злость прошла», он отпустил мальчика и тут заметил, что тот не дышит. «Сначала думал, что притворяется, не спешил ему помогать, потом сам испугался и решил никому ничего не говорить, а вот видишь, тетрадочка». Раскаяния о содеянном больной не высказывал, наоборот, оправдывал себя тем, что дети его изводили нарочно, и он должен был их «отучить». Здесь убийство совершено эпилептиком в ясном сознании.

Выше уже упоминалось о сумеречных состояниях. Чтобы показать больного при амбулаторном автоматизме, который входит в круг сумеречных состояний, можно привести такую действительную историю.

В одном доме проживали двое больных, находившихся на учете в одном и том же психоневрологическом диспансере. Один из них страдал эпилепсией, другой — хроническим алкоголизмом. В субботу оба собрались в баню, находившуюся от них неподалеку. Жена эпилептика обратилась с просьбой к соседу присмотреть за ним в бане и не давать ему заходить в парную, так как после этого у него учащались припадки. Жена же алкоголика противилась этому походу и в свою очередь согласилась отпустить мужа в баню под честное слово соседа, что он не позволит ему выпить «обязательной» после бани кружки пива, так как с этой кружки всегда и начинались запои. Неизвестно, как выполнил свое обещание алкоголик, но только он опередил соседа и ушел из бани раньше его. Больной эпилепсией был очень расстроен предстоящим разговором с женой алкоголика и ее упреками. Он пошел искать соседа по ближайшим пивным. Что дальше было — не помнит, он пришел в себя в совершенно ему незнакомой обстановке. Через несколько дней приехала жена и увезла в Москву. Оказалось, что больной приехал в Ленинград, вышел на Невский и начал спрашивать, как пройти к своему дому, в Москве. Его доставили в больницу им. Фореля в Ленинграде и вызвали жену. Сумеречное состояние длилось несколько дней. О своем путешествии из Москвы в Ленинград он ничего не знал и был очень удивлен случившимся. Во время этого путешествия больной должен был внешне вести себя правильно. Все шли к вокзалу, и он шел. Все в кассе брали билеты в Ленинград, и он сделал то же самое и, войдя следом за всеми в вагон, доехал до Ленинграда — все, проделав как бы автоматически, почему такие состояния и относятся к так называемому «амбулаторному автоматизму». Они могут затягиваться и на более продолжительное время. Почти во всех учебниках психиатрии приводился такой пример: купец в сумеречном состоянии прибыл из Гавра в Бомбей на парусном судне. Путешествие длилось более месяца. Больной в течение этого времени ложился спать и вставал, ел за общим столом и ничем не привлекал внимания соседей. Он все делал, как обычно, и пришел в себя, только оказавшись на берегу.

Для чего обо всем этом говорится? Прежде всего, чтобы знать наиболее яркие симптомы эпилепсии, чтобы знать, как обращаться с больными, как себя с ними вести. Не надо забывать, что, описывая симптомы эпилепсии, мы отражаем ее наиболее тяжелые случаи. Каж­ая психическая болезнь может протекать тяжело и приводить к изменениям личности, граничащим со слабоумием. Это бывает, однако, очень редко, чаще всего, когда болезнь запущена, недостаточно или неаккуратно лечится. Известно много случаев, когда припадки, начавшиеся в раннем возрасте, потом бесследно проходили, никак не отражаясь на психике или характере человека.

Обычно болезнь выявляется в подростковом возрасте. Если есть припадки, то надо немедленно идти к врачу и советоваться с ним. Однако не только на них следует обращать внимание. Хождение во сне, ночное недержание мочи, ночные страхи, черты характера, которые были перечислены выше, если они выражены более резко, чем обычно,— все это должно насторожить родителей. Только не надо излишне тревожиться, особенно, чтобы это не могли заметить сами дети. Один-два припадка — еще не эпилепсия. В детском возрасте существует так называемая повышенная судорожная готовность: ребенок может таким образом реагировать на повышение температуры, отравление чем-нибудь (относительно безопасным), переутомление и пр. Конечно, повышенная судорожная готовность уже сигнал, но еще не бедствия, а только тревоги.

Следует хотя бы кратко коснуться еще вот чего. Нельзя не придавать значения наследственности. Это не значит, что если в роду той или иной семьи есть эпилепсия, то супругам нельзя иметь детей. Но они должны быть бдительны. Очень важна профилактика во время беременности, важно, как прошли роды, важно здоровье младенца в первые месяцы и первые годы жизни. Желательно, чтобы ребенок перенес наименьшее число инфекций, особенно опасны корь или краснуха. Надо оберегать ребенка от тяжелых травм головы, следить, чтобы он правильно питался, выполнял режим. Особенно необходимо, и это следует подчеркнуть, чтобы отец до рождения ребенка не злоупотреблял алкоголем. Дети алкоголиков в несколько раз чаще становятся эпилептиками, чем дети непьющих родителей.

Все-таки как же обращаться с близким человеком, страдающим этой болезнью? Если говорить в общих чертах — надо знать особенности его характера и приноравливаться к ним. Больной не выносит беспорядка — поддерживайте порядок; больной эгоцентричен — показывайте время от времени свое уважение к нему и то, что его интересы вы ставите на должное место. Он раздражителен — делайте все, чтобы он был спокоен. Если он сам очень вежлив — не употребляйте в его присутствии ругательных или грубых слов. Следите за его режимами питанием, напоминайте о необходимости принимать лекарства и имейте терпение выслушивать больного, не прерывая. Все это не так трудно и вполне выполнимо по отношению к человеку, которого любишь. Помните, что неприятные черты его характера, которые мало кому нравятся, «не его вина, а его беда», что они возникли только вследствие его болезни, а отнюдь не являются проявлением его злой воли. Чтобы прощать, надо понимать и происхождение, и проявление болезни, стараться, где возможно, острые углы сгладить.

В питании важно ограничить соли, жидкости, особенно необходимо строгое исключение алкогольных напитков любого качества. Алкоголь не только провоцирует имеющуюся эпилепсию, но злоупотребление им приводит и к развитию симптоматической эпилепсии, так называемой алкогольной.

Демобилизованный военный, бывший раньше бухгалтером, поступил на работу инкассатором, в обязанности которого входил прием денег от кассиров продовольственных магазинов. За рабочий день он должен был объехать их все. На прием денег отводилось определенное время, в которое кассиры часто не укладывались. Инкассатор мог уехать, не приняв кассы, что было бы чрезвычайным происшествием. Чтобы удержать подольше инкассатора и чтобы он не ворчал, его часто «угощали». Много пить он, конечно, не мог, так как его тут же уволили бы, появись он пьяным в банке.

Однажды в голову инкассатора пришла «счастливая мысль»: он решил все предлагаемые ему стаканы сливать в канистру, а закуску забирать с собой. За день набиралось столько, что вечером могла пировать вся квартира. Соседи завидовали ему, а он сам считал себя счастливейшим человеком. Он очень дорожил работой, очень старался и был на хорошем счету. Все, по его словам, шло великолепно, пока однажды он не упал в эпилептическом припадке в подъезде банка с денежным мешком в руках. Это произошло на глазах у охраны и служащих банка, собравшихся вокруг больного. Инкассатор был немедленно отстранен от работы и направлен к врачу.

Долгое время он не мог согласиться, что припадки у него от водки: «Ведь весь мир пьет, и ни у кого не бывает, не слыхал даже». Он пробовал, и экспериментировать: начинал пить — припадки возобновлялись, воздерживался — припадки становились реже и исчезали на длительное время, до нового злоупотребления вином. В конце концов, больной во всем убедился и стал лечиться от алкоголизма.

Кроме алкогольной, к числу так называемых симптоматических эпилепсии относятся многие поздние эпилепсии, которые могут возникать после травм головы, после инфекций, под влиянием атеросклероза и других органических заболеваний головного мозга. Мы об этом уже говорили. Эти эпилепсии протекают легче, чем истинная, припадки редки, нет (или почти не встречаются) изменений характера, нарушений сознания, снижения интеллекта.

В настоящее время лечение эпилепсии значительно подвинулось вперед, появилось много лекарств, благоприятно влияющих на течение заболевания. Следует еще раз подчеркнуть, что очень важным является лечение непрерывное и длительное. Лечиться от эпилепсии надо годами и желательно у одного и того же врача, который хорошо знал бы больного и при малейшем ухудшении состояния изменял бы дозы применяемого лекарства или назначал его в других сочетаниях.

Важнее всего добиться прекращения или хотя бы значительного уменьшения самого неприятного в эпилепсии — судорожных припадков. При этом смягчаются и другие симптомы. Прекращать прием лекарств надо очень осторожно, медленно снижая их дозировки. Иначе могут возникнуть так называемые (эпилептические статусы), припадок следует за припадком, и это может закончиться смертельным исходом, если не принять соответствующих мер. Кроме того, если наступило стойкое улучшение и в течение очень длительного времени нет припадков, то и в подобных случаях надо продолжать поддерживающую терапию очень долго — месяцами и даже больше, советуясь, все время с врачом, который (а не сам больной) укажет время окончания терапии.


Источник: http://www.medicus.ru/psyhiatry/patient/svyaschennaya-bolezn-23036.phtml